Иллюзорный мир

 

Желание непрерывно развиваться, авантюризм и доля здорового актерского сумасшествия привели его сначала в цирковое училище, потом в театральный вуз, а оттуда – прямиком на подиум. Актер. Иллюзионист. Модель. Красавец, обаяха и просто большой умница. Верный и надежный друг. Я с большим удовольствием представляю его сейчас на этих страницах. В актерской индивидуальности Дениса Панфилова лирика соседствует с гротеском, а серьезность и героика – с искрометным юмором. Он – один из немногих актеров молодого поколения, сохранивших привычку «настраиваться» перед спектаклем. Весь день до спектакля слушать музыку, читать, входить в образ, а не прибегать в гримерную с третьим звонком, чтобы прямиком из рваных джинсов и метро рвануть в галантный XVIII век, сменив только костюм, но не внутреннее наполнение. Сейчас это редкий случай. И чем реже – тем ценнее. 

- Как ты, театральный актер, пришел к такому жанру – иллюзия? 

- Иногда мне кажется, что цирк присутствовал в моей жизни всегда. Я заболел им очень давно, когда еще учился в школе. В цирке мы с мамой бывали редко – она водила меня туда 1-2 раза в год, на каникулах. И с тех пор я помню запах попкорна и лошадей – этим пахнет цирк! И этим я заболел. В городе Железнодорожный, где мы жили, я увидел объявление о наборе в детскую цирковую студию, и еще учась в школе и параллельно занимаясь музыкой, я нашел себе новое приключение – пошел в эту студию и стал заниматься ни много ни мало воздушной гимнастикой. У меня не сохранилось фотографий того времени, но зато есть запись моего самого первого выхода на сцену – это ужасно смешно!

Когда я после студии собрался поступать в единственное в России цирковое училище, у меня случилась травма, после которой воздушной гимнастикой стало заниматься невозможно. Я понял, что уйти из цирка не смогу, и поступил в цирковое училище на эстрадное отделение, скрыв все свои недомогания – потому что при поступлении нужно было обязательно проходить медосмотр. Правда, трудность заключалась в том, что первый курс у эстрадного и у циркового отделения – общий, поэтому была и акробатика, и гимнастика, и эквилибр, что для меня было очень тяжело. Параллельно занимался специализацией – иллюзией. Я считаю, что все важные знакомства в моей жизни произошли именно в этот период: я встретился с режиссером-постановщиком – знаменитой Еленой Польди, которая, можно сказать, дала мне путевку в жизнь, привила вкус и стиль. Я познакомился с ней, когда выпускался молодежный цирковой спектакль «Тринадцатый квартал» - и именно в этот коллектив она меня взяла,но по совершенно непонятным для меня причинам в качестве звукорежиссера, хотя изначально мы с ней должны были работать как артист и режиссер. В итоге мы договорились, что параллельно с нашей актерско-режиссерской работе я буду работать с этим коллективом как звукорежиссер… В училище же я познакомился со своей нынешней партнершей Викторией, с которой мы впоследствии создали свой коллектив – дуэт DRAM. Вика до этого работала в театре пантомимы, до сих пор продолжает там заниматься, но этот жанр в России, к сожалению, не востребован – и поэтому возникла идея создания иллюзионного дуэта. Название «DRAM» переводится как «глоток спиртного» - потому что и сюжет выступления у нас завязан именно на этом. А второе значение – это сокращение от слова «драматический». Так вот эти два значения и соединились в наших выступлениях.

На первом курсе училища произошло и мое первое знакомство с ночными клубами: какое-то время я работал в шоу-группе «Магия звезд» - это была полуцирковая, полу-стриптиз-история – иллюзия со стриптизом. Я там участвовал как исполнитель иллюзии, а стриптиз исполняла партнерша. Уже в училище я ездил на гастроли с цирковым коллективом как иллюзионист – в Тунис, Катар. Еще во время учебы мы с Викой стали дипломантами московского конкурса артистов цирка – взяли первое место по очень забавной причине: у нас не было конкурентов, после отборочных туров мы в номинации остались одни! Вот такой непростой жанр… (смеется) И вот однажды, приехав с гастролей, защитившись и получив диплом «артиста эстрады и цирка, оригинальный жанр», я поступил в ГИТИС. 

- С чего вдруг такой резкий поворот в сторону драматической сцены? 

- У меня возникла идея сделать свой собственный иллюзионный дуэт не только цирковым, но привнести туда театр – чтобы это было не просто тупым показыванием трюков. Плюс просто захотелось обогатить свой актерский багаж. Так я и решил поступать в ГИТИС. Читал совершенно никому не известную программу, наверное, поэтому меня и взяли… 

- Знали, что ты пришел после циркового училища? 

- Это было сложно скрыть: во-первых, я уже и по годам явно был не сразу после школы, а во-вторых, все-таки отличался от тех, кто пришел после школы – у меня уже был некий сценический опыт, и это было видно. Когда собирал справки для поступления, опять скрыл свою травму, правда, на первом занятии по сценическому движению пришлось признаться. Это не значило, что спрос с меня будет другим, просто нужно было это учитывать, чтобы не усугубить проблему. Я никогда никому не жаловался, потому что считаю, что когда идет работа, никто не должен знать, что у тебя что-то болит. Работа есть работа. А плакать и жаловаться мы будем потом. Этот мир очень жесток и каждый день ты должен доказывать, что имеешь право выходить на сцену. Это относится ко всему – и к цирку, и к театру, и к модельному бизнесу, и к балету… 

- Ты ведь и в модельном бизнесе себя попробовал… 

- Знаешь… вот почему я поперся в модельный бизнес – для меня до сих пор остается загадкой. В школе я был «маленькой серенькой птичкой». После травмы в училище стал полнеть – было, видимо, какое-то нарушение. И только ближе к четвертому курсу училища, когда уже поступил в ГИТИС, я стал как-то формироваться. Наверное, опять захотелось доказать – в первую очередь, самому себе, - что могу и это. Путь в модельный бизнес был достаточно сложным именно потому, что для того, чтобы туда попасть, нужно определиться со своим портфолио, с образом – и это имеет непосредственное отношение к актерскому мастерству. Тогда я себя в этом отношении знал достаточно плохо, поэтому были проблемы. Потом все нормализовалось, был даже случай, когда на кастинге меня одно агентство пыталось переманить меня к себе.

Одним из значимых для меня проектов стала выставка модных аксессуаров «Интершарм». Это был мой первый выход в модельную жизнь. Был поставлен некий миниспектакль, где все модели изображали манекены, которые во время спектакля оживали и демонстрировали одежду или аксессуары. На этой выставке я был не только фотомоделью и подиумной моделью, но и иллюзионистом: манекен, который я играл, еще и показывал фокусы – из пустой коробки доставал безумно красивые галстуки… Потом было еще одно важное для меня событие – увлекательный фотопроект Russian Erotic, который, правда, делался не для России. Мне было очень непросто на это решиться, к тому же, когда я пришел на кастинг и посмотрел материал, который они делают, понял, что кастинг не пройду. Там были какие-то «масляные» красавцы-стриптизеры – такой типаж клуба «Красная шапочка». Но я прошел. Они согласовали со мной время, подстраивались под меня, а для актера, модели самое ценное – это как раз отношения «за кулисами». И именно потому, что работа была сложная в моральном плане, там была такая атмосфера – все для тебя. Если ты устал, тебе дают отдохнуть, если ты кого-то не хочешь видеть на съемочной площадке, достаточно сказать об этом ассистенту. А я вообще приехал со своим аудиодиском – и все мои фотосессии снимались под мою музыку, и я себя чувствовал комфортно. Понятно, что пошел я на это опять-таки, чтобы проверить себя – смогу ли. (Подтверждаю! Смог! Фотографии видела. – прим. авт.)Съемка проекта длилась долго, а вечером у меня была репетиция дипломного спектакля, поэтому не было времени и сил это осознать. 

Когда я проснулся на следующий день, первой мыслью было: «Я что, сделал это на самом деле?» Это не было ужасом – было именно удивление: неужели я смог? И это был огромный плюс именно в актерскую копилку. Так получается, что все мои фотопроекты делаются не для России. Было забавно, когда снимали рекламу мобильных телефонов одной корейской фирмы: они обязательно хотели кадры на Красной площади. А было очень холодно и ветрено, поэтому снимались минуты по три – иначе никакой грим уже не мог скрыть наши красные носы! 

- Ты работал с иллюзией на сцене клуба «Три обезьяны». Каково было решиться на эту авантюру? 

- Я был наслышан о шоу-программах в этом клубе и, в конце концов, пошел смотреть. И меня привлекла эта сцена – несмотря на то, что до этого мы работали в очень многих известных клубах. «Три обезьяны» понравились мне своей сценой, звуком и светом, ведь для цирковых зрелищных жанров очень много значит и качество света, и качество звука. И я задался целью там выступить, прекрасно при этом понимая, что мы дл этого клуба – «неформат». Ты, кстати, меня навела на арт-директора клуба, я в коридоре к нему пристал, грязно домогался, совал свою визитку (смеется). В общем, через две недели, мы получили приглашение выступить в клубе на Дне Святого Валентина. Страшно было безумно, и такой страх был в первый раз: я волновался из-за публики, которая к подобным выступлениям на этой сцене явно не привыкла. Но все, слава Богу, прошло хорошо, нас приняли. 

- А после выступления зрители подходили, знакомились с артистом? 

- Как ни странно, знакомились как раз с артисткой! Я уже даже стал ревновать Вику… А насчет направленности клуба – для меня никакого страха не было, волновался только за то, как примут выступление. К подобной аудитории я отношусь абсолютно спокойно, и отдельное им спасибо, потому что принимали нас очень дружелюбно! Если можно найти какие-то еще слова, усиливающие слово «дружелюбно» - то они вот к нему относятся. Такой заряд позитивной энергии получить после работы – это дорогого стоит! Если артист удовлетворен своей работой – это значит, что получился контакт со зрительным залом.

Еще не могу не отметить то, как мне помогали за кулисами. Я прекрасно знаю, каково новичкам появляться в уже сложившемся коллективе. Но то, что я встретил за кулисами клуба «Три обезьяны», для меня было дико – именно потому, что каждый день приходится бороться, доказывать, что имеешь право, а тут нас приняли, помогли… Поэтому я изначально был заряжен за кулисами позитивом – и я с ним вышел на сцену работать. Мы хоть и не новички в этом жанре – выходим на сцену уже около 10 лет, но все равно каждый раз волнуемся. Вот так произошло наше знакомство с «Обезьянами», а потом нас пригласили работать в новогоднюю ночь, и мы встретили туже позитивную публику и тот же дружелюбный настрой за кулисами. 

- Кем ты больше себя ощущаешь – цирковым, театральным актером, моделью? 

- Знаешь, я все никак не могу определиться – я как та обезьяна из анекдота: «Что ж мне разорваться что ли?!» А вообще – постоянно хочется развиваться, никогда не нужно стоять на месте! 

- А время на отдых остается? Как отдыхаешь? 

- Если это отдых в течение одного дня, то все очень банально – я просто сплю! Потому что сна в течение недели мало – часа по 4 в сутки, и этого не хватает. Когда получается так, что есть несколько свободных дней, то это может быть и катание на роликах, и выезд на море, которое я очень люблю. 

Беседовала Татьяна Глэм. 

(Материал был опубликован в №085 | 2008)

© 2019. Москва